Лингвистика – часть большой науки – семиотики, которая изучает всё, что человек использует в качестве знака, то есть средства для передачи информации. Конечно, в первую очередь мы используем речь, то есть говорим. Но одеваемся мы не только, чтобы не замерзнуть. Мы выбираем бренды и даже иногда выставляем их напоказ. Используем символы. Всё это для одного – чтобы что-то сказать.

Откуда взялись флаги?

Если заглянуть в нашу совсем древнюю историю, то заметим, что изначально флажки применялись не как символы военных подразделений или тем более государственных образований, а просто были знаками обозначения отрядов. На них можно было ориентироваться во время похода, чтобы не отстать, по их количеству военачальник мог определить, сколько людей собралось в войско. Ну и более практические вещи — вроде направления ветра. Делали их обычно треугольными – так проще и дешевле.

Для того чтобы показать территориальную принадлежность использовались гербы аристократии. Для внутреннего деления частей отряда могли использоваться хоругви – знамена с религиозной символикой (выглядели как вертикальные флаги, и сейчас храмовые хоругви можно увидеть в каждой православной церкви). Но всё это было очень нестрого, ведь единой организованной армии современного типа тогда просто не существовало.

Церковные хоругви в минском кафедральном соборе Святого Духа

Такая ситуация сохранялась довольно долго – за одним исключением. Для обозначения кораблей гербы и изображения святых не очень годились, потому что в открытом море просматривалось гораздо бо́льшее расстояние, и прорисовку герба распознать было просто невозможно. Появляются морские флаги – прямоугольные полотнища, на которых в качестве символики использовались цвета (как правило, в виде горизонтальных полос или несложных фигур типа креста). Для передачи сообщений возникла даже система сигнализации с помощью флажков – задолго до эпохи национальных знамен.

В общем, к началу XIX века флагами, близкими современным, могли похвастаться в основном только морские державы. Остальным это вроде как было ни к чему. Однако в XIX веке флаг начинает восприниматься как обязательная часть государственной символки наряду с гербом. XIX век — это век пробуждения национального сознания в Европе. Но многие национальные группы получают автономию гораздо позже, а их флаги возникают на основе символики малых территорий с древней историей, национальных организаций или этнических воинских формирований, которая существовала еще задолго до того, как старые империи начали разваливаться на и их месте стали формироваться национальные государства.

Именно так произошло с белорусским флагом (примерно похоже, например, и с польским, и с украинским, только раньше), созданным в 1917 году архитектором Клавдием Дуж-Душевским на основе символов, которые использовались национальными организациями.

Откуда такие цвета?

Миниатюра из Радзивиловской летописи

Вообще на рисунках, изображающих военные события в Древней Руси, которые можно найти в летописях, мы сплошь увидим красные флажки. Это совершенно объяснимо с точки зрения практики, ведь красный — это самый заметный цвет. Если в каком-то языке различают более двух цветов (черного и белого), то этот третий (а фактически первый) цвет — именно красный.

В соответствии с художественными законами сочетаемости цветов и реальными возможностями тогдашнего производства, сформировалась европейская геральдическая традиция. В ней пять эмалей (красный, голубой, зеленый, пурпурный и черный) и два металла – золото (желтый цвет) и серебро (белый). Основой принцип – нельзя совмещать эмаль с эмалью, а металл с металлом. Самый простой металл — серебро. Это просто белый цвет. Соответственно, есть лайфхак, как создать идеальный геральдический символ, – взять самую заметную эмаль (красный цвет) и самый простой металл (белый). В общем, если посмотреть на современные флаги европейских стран, то можно заметить, что только шесть из них не содержат красного (Финляндия, Босния и Герцеговина, Украина, Эстония, Швеция, Греция). Красный цвет – особенный. Поэтому по-русски он стал называться красный (т.е. ‘красивый’) вместо червоный (от червячка жука кошенили).

Взглянем на гербы государств, в рамках которых существовали белорусские земли до конца XVIII века, — Великое княжество Литовское, Русское и Жемойтское, а также Речь Посполитая: это соответственно Погоня и Орёл. Погоня — белый всадник на красном фоне. Орёл — белый орел на красном фоне. Именно из национальных гербов и брали вдохновение жители польских и белорусских земель для своих символов. Начиналось с ленточек, кокард и постепенно дошло до флагов.

Кроме исторической отсылки, белый и красный — это цвета белорусского народного орнамента. В то время на это тоже обращали внимание. Например, именно такого происхождения цвета современного флага Литвы.

Флаг Литвы

В 1917-1918 гг. бело-красно-белый флаг становится знаменем белорусского национального движения. Именно его Секретариат Белорусской Народной Республики утверждает в августе 1918 г.

С приходом большевиков национальный флаг оказывается не нужен, да и все эти границы внутри СССР рассматриваются как просто административные. Впереди Интернационал — мировая пролетарская революция, ожидание, что скоро все начнем «жить единым человечьим общежитьем».

Впрочем, вскоре курс на мировую революцию сменяется на вторую версию Российской империи, соответственно ни о каких национальных автономиях и суверенитетах речи быть не может. Все, кто против линии партии (или недостаточно за), оказываются врагами народа, например, шпионами. Потом шпионами оказываются и те кто был за, но например, писал по-белорусски. Репрессии. Понятно, что в такой ситуации никто не будет ставить вопрос: почему у БССР нет своего флага? Естественно, он ей незачем, мы же все советские люди.

Начинается война, приходит оккупация. Гитлеровцы для создания раскола («Разделяй и властвуй») на оккупированных территориях позволяли использовать несоветскую символику. Точно так же, как позволяли открывать закрытые при советской власти церкви. Как давали разрешение на печать и образование на национальных языках. Оккупанты предпринимали подобные действия не потому, что всё это было «более фашистским» и им нравилось, а потому, что это подавлялось или запрещалось в СССР. Впрочем, позволяли немцы всё делать с большим подозрением и полуофициально, потому что понимали: под словом национальный за пределами Германии никак не может иметься в виду немецкий. Набранным из белорусов воинским подразделениям не спешили выдавать оружие, а те в свою очередь при возможности сбегали и уходили к партизанам.

Государственный символ означает государственную самостоятельность или, по крайней мере, автономию. Будущее же Weißruthenien в его общих чертах до сих пор слишком неопределенное, чтобы Вам можно было говорить сегодня про введение «государственных символов». Это привело бы в белорусских кругах к надеждам, которые, между тем, не могут воплотиться. 

Ответ из Рейхсминистерства по оккупированным восточным областям гауляйтеру Генерального округа Weißruthenien Вильгельму Кубе, 1943 год.

Бело-красно-белая символика не использовалась в действующих воинских формированиях на стороне Рейха, в отличие например от российского триколора в качестве нарукавной нашивки и флага РОА (хотя официально утвержденным был Андреевский флаг). В полицейских карательных акциях знамя не требовалось, к тому же местными всегда руководили немцы. К примеру, Хатынь сожгли немцы вместе с украинскими и русскими коллаборантами. Последними, кстати, командовали вполне себе кадровые офицеры Рабоче-крестьянской Красной Армии (см. 118-й батальон шуцманшафта).

Одно ясно — боевых действий под бело-красно-белым флагом не велось. Максимум официального использования бело-красно-белой символики при оккупации – поясок фуражки полицейского образца 1941 года.

Каким символом старый флаг был во время оккупации для людей того времени, вряд ли мы уже можем понять. То ли наивно-гордое «мы тутейшие и, несмотря ни на что, собираемся жить по-своему», то ли жалкая попытка сказать немцам «мы не за Советы, не убивайте». Жизнь на оккупированных территориях — это то реальное лицо войны, в которое никто сегодня не хочет смотреть. Ведь обычный человек зависит от того, кто у власти, власть основана на силе, а силой можно забрать всё. И придётся просить и соглашаться на что угодно, лишь бы выжить. Непреклонные герои бывают лишь в кино. И у них нет ни детей, ни родителей, ни мыслей о том, как жить потом. Однако оккупация – это также для совершенно безумных и бесчестных людей возможность получить власть, деньги и позволение делать что хочешь, которого в мирное время у них никогда бы не было. Нелепо предполагать, что таких людей не было среди белорусов. Чисто статистически их должно было быть не так уж мало. И действовали они, понятное дело, исключительно в своих интересах. Но ничего настолько заметного в историческом масштабе, чтобы связывать с ними символику, они, к счастью, не смогли сделать.

Примеры использования бело-красно-белой гаммы в материалах времен оккупации представляют собой продукты немецкой пропаганды, вроде такой:

Печатные материалы военной пропаганды на оккупированных территориях по рекомендациям от Reichsminister für Volksaufklärung und Propaganda

В общем, если продукцию ведомства Геббельса кто-то в наше время использует как пример взглядов и стремлений белорусского народа во время войны, ну что скажешь… Это либо невероятная глупость, либо повторное использование продукта.

В целом, жители нашей земли в принципе не могли разделять гитлеровской идеологии, поскольку при оккупации для них повседневностью стали карательные экспедиции фашистов, да и в целом жизнь мирного человека, в соответствии с генеральным планом «Ост» для представителя Рейха ничего не стоила.

Итак, хотя национальная символика использовались при немцах в основном неофициально, весьма ограниченно и уж точно не в контексте пропаганды идеологии немецкого национал-социализма, в современной нам Республике Беларусь постоянно находятся какие-то люди, которые пеняют народному флагу и древнему гербу эти непонятные и безумные 3 года.

Телеканал Беларусь-1. 26 августа 2020 года.

Интересно, что в этом контексте для «критиков» оказываются неважными все остальные символы, которые могли бы напоминать о прислужниках Гитлера более ярко, хотя они-то присутствуют в нашей повседневной жизни. Фармацевтическая корпорация Bayer производила Циклон Б для газовых камер концлагерей. Её препараты представлены в аптеках по всей Беларуси. Audi, Volkswagen, BMW ездят спокойно по нашим улицам, продаются одежда и духи от Hugo Boss — а ведь это компании, которые непосредственно работали на победу Рейха.

Символика Русской освободительной армии, существовавшей в составе Вермахта с 27 декабря 1942 года. В правом нижнем углу – часть колоризованного фото парада 1-й Гвардейской бригады РОА в Пскове 22 июня 1943 года

Да что там – даже бело-сине-красный триколор, с которым воевала Российская освободительная армия, — воевала на стороне Гитлера — присутствует у нас на параде в честь Дня независимости, который приурочен к Дню освобождения Минска от немецко-фашистских захватчиков!

Торжественный парад 3 июля 2018 года. Минск. Фото: БелТА

И уж тем более никто не высказывает недовольства из-а того, что «сомнительные» флаги развеваются над посольствами России и Украины (14-я добровольческая пехотная дивизия СС «Галичина» в своей символике использовала национальную украинскую цветовую гамму, восходящую к традиции Галицкого княжества, – желтый и голубой).

Что там говорить про флаги остальных европейских стран, которые даже не задумывались, что оккупация и даже коллаборационизм могут положить тень на национальный флаг. Вот правительство Виши «правило» под тем же флагом, что и современная Франция. Они натурально сотрудничали с Гитлером. Где недовольство? Напомню, посольство Франции находится в центре Минска — на площади Свободы, напротив Ратуши. Современный итальянский флаг возник и был утвержден конкретно в Итальянской Социалистической Республике — нацистском государстве, существовавшим под протекторатом Рейха. Флаг Японии практически в неизменном виде существует с 1870 года. Италия и Япония — это второе место по роли во Второй мировой после Германии.

Прошло столько лет, и случилось много трагедий, в том числе тех, которые оказывают влияние на нашу повседневную жизнь, но о них мы вспоминаем меньше, если вообще вспоминаем (Чернобыльская катастрофа, война в Афганистане). А вот тему Великой отечественной войны (не Второй мировой – разница есть) всё время должны обсуждать вновь и вновь. Постоянные мини-путешествия в те времена (а точнее в их картонные копии) с ежегодным масштабным мероприятием. И от каждого требуется принять сторону, выразить мнение, хотя что мы, современные, знаем об этом?

И образ войны, от которого оставляют только триумф, скрывая мерзость и несчастья, и сам факт того, что этот образ затмевает всю остальную историю Беларуси – до неё и после неё. Всё это результат непомерного цинизма и лицемерия, которое свойственно людям, дорвавшимся до власти и стремящимся указывать другим, что думать. Не из-за большей осведомленности или стремления к созиданию, а просто из-за желания, чтобы миллионы людей думали так же, как они, или так, как им выгодно. Даже страны, которые развязали войну, которые были в ней агрессорами, а сами по себе являлись носителями и проводниками совершенно диких идеологий, не настолько в этом застряли, как мы.

Стикеры анонимного Телеграм-канала экслюзивного контента «от первого лица государства» «Пул Первого»

И, кстати, похоже, есть только одна страна, которая отказалась от флага из-за того, что он использовался гитлеровцами. Это Германия, а тот флаг придумал лично Адольф Гитлер, который повинен в смертях миллионов людей в Второй мировой войне.

Во время той же войны автор белорусского флага, Клавдий Дуж-Душевский, провёл 4 месяца в концентрационном лагере за укрывательство евреев.

Как появился красно-зеленый флаг?

Итак, заканчивается война, наша земля освобождена от фашистов. Весь мир видит, как тяжело пришлось белорусам. Чтобы особенно это отметить БССР наряду с УССР и РСФСР получает отдельное место в ООН. Но тут незадача: флаги до сих пор у всех одинаковые – советское красное знамя с серпом и молотом.

Флаг БССР 1951 года

Поэтому возникает новый проект — но вовсе не из желания символически воплотить историю, как бело-красно-белый, а из утилитарных соображений. Появляется флаг, очень странный с точки зрения, геральдики, да и шире – эмблематики. Там оказались и полосы, как во флагах европейской геральдической традиции, и орнамент – народный элемент (древняя художественная традиция, но не для европейских флагов), и звезда, да серп с молотом – символы Нового, а то и Новейшего времени (с таким смыслом – вообще ХХ век).

Орнамент, конечно, часть нашего национального достояния, но на флаге его рисуют, скорее, исламские страны — потому что там своя визуальная культура и, конечно, им нет какого-то резона соответствовать правилам европейской геральдики.

С развалом Советского Союза наступает короткий период возрождения интереса к национальной истории и культуре. Флагом Республики Беларусь как самостоятельного государства становится вновь старый флаг.

Однако что значил бело-красно-белый флаг для многих жителей Беларуси в 90-е?

Неопределенность. Национальную ориентированность, которой не было на наших землях уже давно. Люди не были уверены, в том что они смогут жить по-другому, опасались, что их будут заставлять что-то делать (например, говорить по-белорусски) теми же методами, как это было в советские времена. Это вполне понятно, ведь другого опыта у них не было. В то же время со стороны менеджмента государства внятного ответа на эти страхи не было. Поэтому не очень удивляет, что смена государственных символов могла получить поддержку с приходом Александра Лукашенко. Ведь обновленный флаг БССР значил, что всё будет почти как раньше, по-советски, но без серпа и молота. Если задуматься, тоже так себе месседж — «по-советски, но не по-советски». Вызывает вопросы. Но кого-то эта смена символов успокоила.

Флаг Беларуси

Однако прошли годы, и то значение, которое несёт красно-зеленый флаг, перестало соответствовать желаниям людей. Конечно, такое могло быть возможным только при контрасте. Символ не может быть символом сам по себе, нужна оппозиция (да, даже тут, в семиотике 😃). Кстати, поэтому никаких проблем с национальными флагами после войны не было у большинства стран, ведь другого варианта и не было.

Если в девяностые советское значило стабильное и понятное, то, во-первых, теперь это уже непонятное для нескольких поколений, во-вторых, современный гражданин Беларуси хочет возможностей, а не стабильного застоя. Да, такова непостоянная природа человека: если всё совсем плохо, то все консерваторы, если «жить можно», то люди становятся более либеральными и открытыми.

На протяжении последних 20 лет восприятие национальных символов в обществе претерпевает эволюцию: сначала бело-красно-белый флаг и белорусский язык воспринимались и использовались как символы «националистической» оппозиции из 90-х, приверженцев этакой белорусской Нарнии, которая обязана возникнуть из небытия и быть волшебной, просто потому что раньше ей не давали существовать. Потом постепенно оппозиционные листовки начинают печататься на русском, бело-красно-белый флаг как символ начинает использоваться реже, потому что не всем уже понятно, какой смысл он несет – как для твоего соратника, так и для оппонента.

Новый взлет – 100-летие БНР, которое напоминает, что в общем-то этот флаг – не только невнятная политика начала 90-х, но это и флаг надежды 1918 года. Когда не было понятно, что будет дальше, но очень хотелось, чтобы все внешние силы, которые устроили на нашей земле войну, наконец отстали и дали пожить хоть как-то самостоятельно.

Осознают ли те, кто сейчас выходит на улицу с бело-красно-белым флагом, связь с деятелями столетней давности, с теми желаниями, с которыми впервые пошили этот флаг? Вряд ли многие задумываются. Но я бы сказал, что по настроениям люди на митинге 2020 ближе к их предкам, которые жили 100 лет назад, чем к тем, кто сомневался в 90-е, или уже тем более хотел просто выжить, плюнув на всё в 40-е. Так что да, бело-красно-белый флаг в 2020-м передаёт новое сообщение. Во-первых, это отрицание советского флага, а через него отрицание советского метода управления. Во-вторых, это новая идентичность, не «советский, как все народы СССР», а уникальный, но связанный с другими народами общей историей. Ну и в-третьих, бело-красно-белый флаг более эстетичный и более простой, чем красно-зеленый.

Протест ведь в том числе и против сложной азиатской политики, когда непонятно в данную минуту, кто враг, а кто нет – ведь минуту назад было наоборот. Против помеси бульдога с носорогом в качестве экономического курса. За практичность. В конце концов, бело-красно-белый проще сшить, проще нарисовать. Если бы и возник какой-то другой вариант, то он тоже был бы очень простым.

Какой флаг лучше?

Хотя при всём при этом стоит помнить, что флаг – это просто символ, ничего магического в нём нет. Да, старый флаг более удачно вписывается в европейскую геральдику и в традиции белорусского народного творчества. Но если бы при СССР утвердили вариант Дуж-Душевского и так бы он пробыл официальным до наших дней, то, очень возможно, на сегодняшние протесты люди выходили бы с другими символами. Например, сделали бы древнерусские флажки или хоругви в стиле ВКЛ, или вообще что-то совсем оригинальное накреативили, вроде оранжевого знамени, изготовленного при помощи краски из водомёта.

Довольно забавно, но теперешнее белорусское государство действительно по своей сути оказалось очень похожим на символы, который Александр Лукашенко вернул в 1995 г. – флаг и герб. Оно очень сложное, запутанное, противоречивое, некрасивое.

Самое ироническое во всей этой истории – это то, что Вторая мировая война не смогла бы возникнуть в таком своем людоедском виде, если бы народы так легко не поддались обману, если б не поверили в символы больше, чем в реальность (свастика, расизм, древнегерманская история с мифологией).

И сейчас те, кто вспоминает о бело-красно-белом флаге во время войны, – это вот те люди, от которых великая жертва той войны должна была нас избавить, которых должна была переучить. Они смотрят на символ и выискивают случайные факты из истории давно минувших дней, от которой практически не осталось свидетелей. Которую все (в первую очередь – они сами) уже давно представляют черно-белым лубком.

Они не слушают, что говорят те живые и близкие им люди из современной истории, которые стоят под этим флагом.

Вообще если задуматься — под бело-красно-белым было сделано очень мало. Но и зелено-красный флаг себя зарекомендовал довольно странно: можно заметить, что когда над нашей территорией гордо реет это знамя, то те, кто правят, не особо интересуются мнением белорусов. Вот и сейчас: сколько людей пострадало за последние пару месяцев – ведь всё это делалось и делается тоже под этим флагом. Или под ним только комбайн урожай собирает?

Фото: Олег Козловский

Вывод

Семиотика – очень интересная наука. Ведь наша жизнь в основном проходит именно среди знаков. Именно благодаря умению оперировать символами человек и становится человеком: если ребенок не освоит языковую систему в детстве, то интеллект прекратит развитие. Так что искать в окружающем смысл – это то, что свойственно человеку.

Но когда в обществе или даже личном общении форма знака становится более важной, чем значение, то это говорит о проблеме. И здесь уже семиотика заканчивается и начинается психология. Если проблема глубже – социология. В худшем случае – политология.

Почему мы сейчас в наихудшем варианте?

Потому что флаг – это всего лишь кусок ткани. Это что за мир нужно построить себе в голове, чтобы из-за символа позволить себе и своим подчинённым хватать, бить и сажать за решетку человека, тем более того, который живет с тобой в одной стране и в силу этого по духу тебе ближе, чем миллиарды других людей?

TUT.BY: Новополочанку будут судить за рисунок БЧБ-флага на асфальте. В милицию ее забирали с 4-летним сыном

UPD. от 30 октября:

А, нет, всё-таки повторное использование.

Поэтому те, кто сегодня выходит на железную дорогу, те, кто вешает фашистские знамена на линии электропередачи, словом, те, кто сегодня пытается разрушить, дестабилизировать инфраструктуру государства, должны знать: с сегодняшнего дня, особенно в квартирах граждан, куда они прячутся, мы в плен никого не берем!

Александр Лукашенко, 30.10.2020. Речь на встрече с коллективом МВД

Чего добру пропадать. Подчинённые и ученики Геббельса сидели, выдумывали, что белорусы – они за Гитлера и вообще всею душою фашисты, листовки рисовали, пропаганду вели. Зря что ли?

Аляксей Яскевіч

Рэдактар і тэхнічны адміністратар Philology.BY. Спецыялізуецца на лічбавых метадах у гуманітарных навуках (digital humanities). Цікавіцца лексікаграфіяй, сацыялінгвістыкай і марфалогіяй. Акрамя мовазнаўства, займаецца аналізам і візуалізацыяй дадзеных (Dataviz.BY) ды стварэннем вэб-праектаў.

Дадаць каментар