Новорождённый ребёнок не умеет говорить и не понимает речь, но может реагировать на эмоциональное состояние взрослого. Младенец улыбается в ответ на улыбку, может нахмуриться или даже заплакать, услышав строгий голос. В возрасте около трёх месяцев появляется т.н. гуление – протяжное «пение» гласных звуков, иногда с согласноподобными призвуками (всем известное агу и подобное). Ещё через несколько месяцев ребёнок начинает «говорить», иногда довольно активно. Но это ещё не речь в полном смысле слова, это лепет – повторение цепочек слогов: ба-ба-ба, ма-ма-ма, на-на-на и т.п.

Гуление и лепет – своеобразная тренировка речевого аппарата ребёнка, подготовка к «настоящей», осмысленной речи. Временем её появления считается возраст около года, но многие дети произносят первое слово ближе к двум или даже к трём годам, что связано с различными темпами развития артикуляционного аппарата. В этот период существует огромная разница между активным и пассивным словарным запасом: теми словами и, позже, конструкциями, которые ребёнок может произнести сам, и теми, которые только понимает. Пассивный словарь увеличивается постепенно и к моменту появления активной речи может насчитывать несколько сотен слов.

Изредка дети, молчавшие сравнительно долго, начинают говорить целыми предложениями. Но обычно первые высказывания ребёнка состоят из одного слова. Простые по звуковому составу (ведь ещё не все артикуляции отработаны), эти слова значительно отличаются от слов «взрослого» языка по значению. Они соотносятся не с предметом или явлением, а с целой ситуацией. Например, биби может значить: ‘вот машинка’ (вместе с указательным жестом), ‘дай машинку’ (ребёнок тянется рукой к предмету), ‘машинка сломалась’ (ребёнок плачет над сломанной игрушкой) и т.д. Взрослый понимает все эти однословные высказывания, в большой степени ориентируясь на ситуацию, которую может непосредственно наблюдать.

Вообще, до определённого момента именно от взрослого зависит успешность коммуникации с ребёнком, взрослые вводят ребёнка в мир языка. Если бы не жизнь в мире звучащей речи, ребёнок не начал бы понимать и затем говорить сам. Чтобы облегчить ребёнку труд произнесения некоторых особенно нужных для него слов, обозначающих обычные занятия и окружающие предметы и существа, в разных языках мира существует т.н. «язык нянь». С ним знакомы все носители языка, это известные биби, ав-ав, ам-ам, бай-бай (или а-а-а) и т.д. Как видим, такие слова напоминают по структуре лепет (повторяющиеся слоги), а большинство из них являются звукоподражаниями. Иногда ребёнок сам создаёт подобные звукоподражательные слова, называя машину, скажем, не биби, а др-др. Ещё чаще первые слова ребёнка – это упрощённые для произнесения «взрослые» слова. Причём некоторые дети стараются поточнее повторить первый или ударный слог (ло или па ‘лопатка’), а другие передают интонационный рисунок слова, сохраняя количество слогов, но пренебрегая отдельными звуками (апАпа ‘лопатка’).

Рано или поздно на смену однословным высказываниям приходят двухсловные. С этого момента можно говорить о появлении в речи ребёнка грамматики. У первоначально неизменяемых слов появляются словоформы: бука ‘булка’ и буку, пать ‘спать’ и пи ‘спи’. Порядок появления в речи ребёнка различных грамматических категорий взрослого языка достаточно индивидуален, некоторые дети довольно долго строят высказывания из трёх и более слов вообще без словоизменения (Катя ам бука ‘Катя ест (или съела) булку’). Но есть интересная закономерность: в речи детей порядок появления классов слов и формирования грамматических категорий в общих чертах повторяет порядок, известный нам из истории человеческого языка. Хотя сходство онтогенеза (индивидуального развития) речи с историей языка не может быть полным: ведь человечество создавало язык, не имея перед собой готового образца, а ребёнок ежедневно слышит речь взрослых.

Однако не совсем верно утверждение, что взрослые «учат» ребёнка языку. Скорее, ребёнок с каждым днём открывает для себя язык взрослых, создавая свою собственную языковую систему и строя речь в соответствии с ней. Ярким доказательством этому служит явление, называемое детским словообразованием. Кукушник – дом для кукушки (по аналогии со «скворечник), накиселить – запачкать киселём, мыние – действие по глаголу мыть – вот примеры слов, которые создаются в речи детей, особенно активно в возрасте от трёх до семи лет.

Любой факт детской речи можно рассмотреть с двух сторон: как он относится к «нормальному, взрослому языку» – и какое место занимает в формирующейся языковой системе ребёнка. Развитие речи в онтогенезе по сути представляет собой череду сменяющих друг друга систем (причём сразу нескольких: звуковой, лексической, позже и грамматической), сначала совсем простых (этап однословных высказываний) и становящихся всё сложнее по мере приближения к системе общего языка. К 6–7 годам ребёнок, можно сказать, владеет родным языком в совершенстве. Более того, если он растёт в двуязычной среде (например, мама и папа говорят на разных языках, или дома говорят на одном языке, а вне семьи – на другом), скорее всего, он усвоит обе языковые системы достаточно хорошо.

Опубликовано в:

Туровская, Н. В. Детская речь // Энциклопедия для школьников и студентов : в 12 т. Т. 1: Информационное общество. ХХI век / под общ. ред В. И. Стражева. – Минск : Белорусская энциклопедия, 2009. – C. 38–39.

Надзея Туроўская

Спецыяліст па дзіцячым маўленні. Шматдзетная маці. Настаўніца. Была аспіранткай БДУ па спецыяльнасці «Тэорыя мовы».

Дадаць каментар